20 мар. 2016 г.

"Ахимса" отрывок из Ганди.

   По-видимому нет никаких исторических данных, подтверждающих мнение, будто усиленное применение ахимсы хронологически совпадает с исчезновением у нас мужества. За последние полторы тысячи лет мы как нация неоднократно доказывали свою физическую храбрость, но нас терзали внутренние раздоры больше, нежели любовь к родине. Мы, надо это признать, скорее были проникнуты равнодушием к религии, чем религиозностью.


    Я не знаю, в какой мере обвинение в недостатке мужества может быть предъявлено джайнам. Я не выступаю здесь в качестве их адвоката. По рождению я вайшнав и обучен ахимсе с детства. Я извлек много пользы в отношении религии из священных книг джайнов, так же как и из священных книг других великих мировых религий. Я многим обязан личному общению с покойным философом Раджачанд Кави, который был от рождения джайном. Таким образом хотя мои воззрения относительно ахимсы являются результатом изучения большинства религий, существующих на земном шаре, тем не менее они уже покоятся не на авторитете упомянутых священных книг. Они составляют часть моей жизни и если я внезапно убедился, что священные книги, которые я читал, заключают в себе иной смысл, нежели тот, который я привык находить в них, я тем не менее останусь при тех воззрениях на ахимсу, которые я собираюсь изложить здесь. Наши шастры, кажется, учат, что человек, действительно применяющий ахимсу во всей ее полноте - держит весь мир в своем подчинении. Он так влияет на все окружающее, что даже змея и другие ядовиты пресмыкающиеся не причиняют ему никакого вреда. Говорят, что святой Франциск Ассизский испытал это на себе.

 В отрицательной своей форме ахимса означает непричинение зла как физического, так и духовного ни одному живому существу. Я не должен таким образом причинять боль злодею или питать к нему в какой-либо мере недоброжелательство и тем причинять ему душевные страдания.
   Это не касается страданий, причиняемых моими естественными действиями, которые не проистекают от злой воли. Таким образом это не мешает мне увести от него ребенка, которого он, допустим, собирается ударить. Наоборот, подлинное применение ахимсы требует, чтобы я отнял у злодея намеченную им жертву, если я в какой-либо мере являюсь ответственным за этого ребенка. Поэтому пассивные сопротивленцы в Южной Африке имели полное право оказывать сопротивление злу, которое правительство Южноафриканского союза пыталось причинить им. Они не испытывали никакого недоброжелательства по отношению к правительству, они это доказали том, что помогали ему, когда оно нуждалось в их помощи. Их сопротивление заключалось только в неповиновении распоряжениям правительства, причем за это они готовы были даже принять смерть.
   Ахимса требует сознательного самопожертвования, а не преднамеренного причинения зла предполагаемому злодею. В своей положительной форме ахимса означает любовь в самом широком смысле этого слова, самое широкое милосердие. Если я последователь ахимсы, я должен любить моего врага, я должен применять к учинившему зло, даже если он мой враг или чужой мне, такие же правила, как если бы зло учинил мой отец или сын. Такая активная ахимса неизбежно требует правдивости и бесстрашия. Человек не может обмануть тех, кого любит, он не боится и не пугает их. Дар жизни есть величайший дар, и человек, который действительно отдает свою жизнь - разоружает всякого врага. Он тем самым пролагает путь к почетному соглашению. Тот, кто сам подвержен страху, тот не в состоянии расстаться с этим даром. Поэтому ему надо самому не знать страха. Человек не может осуществлять ахимсу и быть в то же самое время трусом. Применение ахимсы в жизни требует величайшей храбрости. Это наиболее воинская из всех воинских добродетелей.
   На известной статуе генерал Гордон изображен только с палкой. Это уже значительный шаг в направлении ахимсы. Но воин, которому для защиты нужна хотя бы даже палка, тем самым уже не вполне воин. Подлинным воином является тот, кто умеет умирать, не покидая своей позиции среди града пуль. Таким воином был Амбариш, который стоял недвижимо, хотя Дурваса творил над ним ужасные вещи. Арабы, которых обстреливала французская артиллерия и которые бросились к дулам пушек с кличем "Аллах" на устах, обнаружили мужество почти такого же рода. Но у них это было мужество отчаяния, а у Амбариша оно проистекало от любви. Однако отвага арабов, их готовность умереть, обезоружила французских артиллеристов; они стали неистово размахивать шапками, прекратили стрельбу и приветствовали как товарищей тех, кто только что был их врагами. Точно так же сторонники пассивного сопротивления в Южной Африке предпочитали тысячами умереть, чем продать свою честь за небольшую личную выгоду. Это была ахимса в ее активной форме, она никогда не допускает уклонений от требований чести. 
   Беспомощная девушка найдет у последователя ахимсы лучшую и более надежную защиту, чем у человека, который готов защищать ее только до тех пор, пока это позволяет ему его оружие. В первом случае насильник должен будет перешагнуть через труп защитника, прежде чем доберется до своей жертвы; во втором случае ему нужно только осилить защитника, ибо по канону приличий во втором случае достаточно, если защитник боролся, пока ему позволяла его физическая доблесть. В первом случае, где защитник противопоставляет физической силе насильника свою душу, есть шансы, что и в насильнике проснется душа и у девушки будет несоизмеримо больше возможности защитить свою честь, чем при каких-либо других обстоятельствах, причем, конечно, здесь не принимается в расчет ее личная храбрость. Если мы теперь не мужественны, то не потому, что не умеем наносить удары, а потому, что боимся смерти.
   Не имеет права называть себя последователем Махавиры, апостола джайнизма, или последователем Будды и Вед тот, кто боится умереть и потому бежит от опасности, действительной или воображаемой, и в то же время хочет, чтобы кто-нибудь устранил эту опасность и уничтожил человека, причиняющего ее. Не является последователем ахимсы тот, который относится совершенно безразлично к тому, что он медленно убивает человека, обманывая его в торговле, или тот, кто силой оружия защищает несколько коров и для этого убивает мясника, или тот, кто желая сделать то, что он считает благом для своей страны, не задумывается убить несколько чиновников. Все эти люди руководствуются в своих действиях ненавистью, трусостью и страхом.
    Ахимса, правильно понимаемая, по моему скромному мнению, является всеисцеляющим средством во всех земных и неземных делах. Никогда нельзя зайти слишком далеко в применении ахимсы. В настоящее же время мы совершенно не применяем ее. Ахимса не устраняет применения прочих добродетелей, но делает их применение абсолютно необходимым, прежде чем она сама может быть применена хотя бы в самой элементарной форме. Махавира и Будда были военными, так же как и Толстой. Только они глубже и правильнее поняли свою профессию и нашли секрет подлинной, счастливой, почетной и угодной богу жизни. Последуем же примеру этих учителей, и тогда наша страна станет со временем местопребыванием богов.



Мохандас Карамчанд Ганди. Статьи и речи

Комментариев нет: